Итак, внеочередные выборы в Национальное собрание Армении состоялись. И, кто бы что ни говорил об использовании административного ресурса, давлении на конкурентов и нарушениях в ходе предвыборной агитации и самих выборов, завершились убедительной и предсказуемой победой Пашиняна. Особо подчеркиваю: именно Пашиняна, а не его партии. Поскольку, голосуя за любого из кандидатов блока «Мой шаг», избиратель голосовал исключительно за самого Пашиняна.

Нужно понимать, что в странах с зачаточной демократией избиратель в подавляющем своем большинстве голосует не за партию, ее идеологию или подготовленную программу, как это поколениями делается в странах с развитыми демократическими традициями, отлаженными избирательными механизмами и партийной преемственностью, а за конкретные персоналии. И в данном смысле армянские реалии раз за разом подтверждают это. Достаточно обратить внимание хотя бы на поведение поклонников Кочаряна, практически ничем не отличающееся от повадок адептов Пашиняна — то же любование личностью и инфантильная вера в то, что данная личность, придя к власти, сразу решит все проблемы.

В Армении с ее достаточно юной государственностью попросту отсутствуют партии и партийные традиции в западном понимании — даже применительно к старейшей на постсоветском пространстве партии АРФД. Нравится это кому-то или нет, но нужно признать, что на сегодняшний день Никол Пашинян действительно является самой популярной политической фигурой в стране. Разумеется, на постсоветском пространстве эта всенародная «любовь» сходит на нет так же стремительно, как и появляется, но на данном временном отрезке это — данность.

Хотя, по большому счету, победе Пашиняна итак ничто не угрожало, тем не менее, он предпочел подстраховаться, назначив выборы в такие сроки, чтобы основной вероятный конкурент в лице Республиканской партии не успел бы к ним толком подготовиться. Политик правильно рассчитал, что заниматься составлением программы всеобъемлющих реформ в армянских условиях не имеет никакого смысла. Во-первых, ни одного пункта из нее выполнить он все равно был бы не в состоянии — просто по причине своей полной профнепригодности. Во-вторых, его электорат, по большому счету, ничего подобного от него и не требовал. А поскольку запас пустых популистских лозунгов для толпы к настоящему времени практически исчерпан, а личный рейтинг Пашиняна объективно продолжает неумолимо снижаться, политик сделал ставку на то, что у него получается лучше всего — продолжив эксплуатировать ресурс пропаганды ненависти и раскола общества на «своих» и «контру». Последними «вишенками на торт» данной стратегии стали повторный арест Кочаряна за день до выборов и «совершенно случайно» подогнанное аккурат к выборам задержание в Праге племянника Сержа Саргсяна Нарека. Правда, мне думается, что гватемальский паспорт на имя Франклина Гонсалеса, как и хранившиеся дома два месяца после «революции» чемоданы с оружием и наркотиками, — это явно что-то из разряда генералманвеловской тушенки, призванное информационно ошеломить обывателя, отбив напрочь итак не слишком большое желание мыслить и анализировать.

Конечно, стратегия ненависти была придумана и не единожды апробирована задолго до появления Никола на свет, но она, вкупе с еще не рассеявшейся эйфорией масс, и на этот раз сработала на ура. Хотя, повторюсь, в обществе, где 800 тысяч человек отдают свои голоса за одну силу, а спустя всего год те же 800 тысяч голосуют уже совершенно по-иному, иначе и быть не могло.

Что же касается Республиканской партии, то при всей моей искренней симпатии к нескольким конкретным персоналиям в ее рядах, должен сказать, что преодолеть инерционное мышление, а, тем паче, оправиться после весеннего коллапса республиканцам до сих пор не удалось.

Они так и не поняли до конца, так и не осознали, что в современной политике в целом, и в политической борьбе в частности, на одно из главных мест выходит пиар — порою достаточно агрессивный. У команды как не было, так и не появилось толковых пиарщиков, способных изготовить «вкусный» для избирателя продукт.

В чем всегда была сила прозападных политиков на постсоветском пространстве? Правильно — в пиаре. На пиаре к власти приходили Саакашвили и прочие «молодые реформаторы». Помните грандиозную пиар-кампанию батоно Мишико? С показной антикоррупционной борьбой, стеклянными зданиями полицейских департаментов, «скорым экономическим процветанием», столь же скорым «возвращением Абхазии и Южной Осетии» и прочими бла-бла-бла и «потемкинскими деревнями». Причем «потемкинскими» в буквальном смысле этого слова, как, например, приснопамятный проект строительства города Лазика на полмиллиона человек, так и оставшийся пшиком.

Если кто подзабыл, такие же «потемкинские деревни» в случае своего избрания в 2013-ом обещал и Раффи Ованнисян, торжественно клявшийся за 5 лет открыть аж 400 тысяч новых рабочих мест. На таком же популистком пиаре в общем-то прорвался к трону и сам Пашинян.

Республиканцы так и не поняли, что для того, чтобы очаровать избирателя на постсоветском пространстве, нужно не только делать дело, но и плотно работать как с электоратом, так и над собственным имиджем, не забывая при этом пиарить актуальные достижения и активно рекламировать будущие. А, возможно, периодически и лгать, потакая вкусам толпы. Как это мастерски делает наш теперь уже дважды премьер-асфальтоукладчик. Республиканцы же откровенно наплевательски относились к пиару собственных достижений (которые, несомненно, были, причем в немалых количествах — Пандухт) и своему имиджу, абсолютно не занимались чисткой собственных рядов. Никак не пресекали профессионально распускаемые оппозицией наветы и слухи, видимо, считая себя выше этого, явно недооценили силу социальных сетей. Сквозь пальцы смотрели на проказы оппозиционных активистов и вакханалию с зарубежными НПО, фондами и тоталитарными сектами, не карали за нарушения закона, с легкостью прощали преступников, затянули, превратив в откровенный фарс суд над террористами и убийцами. В общем, гнойный нарыв просто не мог не прорваться…

Не было здорового прагматизма в действиях республиканцев и сейчас. Ведь не далее как в конце октября они собственными руками дважды (!!! — 22 и 29 октября — П.) зарубили предложенный новым правительством проект с поправками в Избирательный кодекс, согласно которым проходной порог на выборах снижался с 5 до 4 процентов для партий, и с 7 до 6 — для блоков. Кроме того, проект предполагал увеличить минимальное количество политических сил в Национальном собрании с трех до четырех. Тогда та же Арпине Ованнисян, участвовавшая в блокировке проекта, на своей Fb-странице оставила горделивую запись: мол, «мы сделали это — пашизм не прошел». Также как в свое время в угоду Западу сами привезли себе на голову гендерные программы и прочую «стамбульскую» дрянь. Кто в итоге «не прошел», мы наблюдаем сейчас.

Я, на самом деле, искренне рад, что республиканцев не будет в новом составе НС. Во-первых, это избавляет партию от давления и обвинений в будущих неизбежных неудачах властной команды. И, во-вторых, дает возможность провести капитальный, а не косметический ремонт своей структуры, а то и ее полный ребрендинг, дабы в будущем с новыми силами влиться в политическую жизнь страны. Из партии уйдут, вернее (судя по 60 тыс. проголосовавших за РПА при 150 тыс. членов — П.), уже ушли чиновники, вступившие в нее из конъюнктурных интересов, предприниматели, «ловившие» поблажки для своих бизнесов, разнообразные карьеристы, мечтавшие о продвижении, приспособленцы и лизоблюды. Оставшиеся и проголосовавшие 60 тысяч — это действительно надежный электорат. А его увеличение теперь зависит от не предавших партию знаковых фигур, некоторые из которых, повторюсь, мне глубоко симпатичны именно своей преданностью и, если уж говорить применительно к нынешним условиям, — то и определенно отвагой.

Кстати говоря, несмотря на откровенную профессиональную импотенцию Пашиняна, есть вещи, которым у него стоило бы поучиться. Например, жесткой манере общения с оппозицией, задействованию силового аппарата, который в позднесаргсяновскую эпоху был превращен в мальчиков для битья не только для оппозиции, но и практически любого горлопана или уличного хулигана. И, конечно, задействованию информационного ресурса через те же соцсети.

Как бы то ни было, в новом армянском парламенте впервые в истории Третьей республики не будет оппозиции, а власть фактически сосредоточится в руках одного человека. За что по большому счету опять же нужно благодарить все тех же республиканцев.

Поскольку исполнительная, законодательная и судебная власть, а также полиция и СНБ уже находятся в подчинении известных сил, прогнозирую дальнейшее давление на Армию (в особенности на боевой генералитет), Армянскую Апостольскую Церковь, традиционные национальные ценности. Будут продолжены попытки «революционной» смены власти в Арцахе. И, конечно, я не испытываю иллюзий в вопросе арцахского урегулирования. Здесь давление будет нарастать многократно.


ПАНДУХТ


P. S. И первое подтверждение вышесказанному — cтатья на сайте недоброй памяти Кризисной группы, появившаяся спустя всего несколько часов после завершения выборов. Она носит характерное название «Выборы в Армении повышают надежды на мир с Азербайджаном». И вот несколько фрагментов, переведенных мною из ее текста:

«Новая правящая команда в Армении признает, что нет легкого выхода из этого тупика. «Все понимают, что «перезагрузка» необходима», — сказал один из новоизбранных парламентариев политического альянса Пашиняна, добавив, что обеим сторонам необходимо предпринять шаги, дабы избежать многолетнего тупика в переговорах. «Но для того, чтобы начать такой перезапуск, мы должны сначала достичь консенсуса внутри партии и правительства».

Новое армянское правительство должно будет убедить не только свое население, но и Азербайджан в том, что существует серьезный путь к миру. В течение ряда лет правительство Азербайджана призывало к действенным переговорам, способным принести реальные перемены, под которыми подразумевается возвращение земель вокруг Нагорного Карабаха, захваченных армянской стороной в войне с Азербайджаном в 1992-1994 годах. Пашиняну придется найти способ убедить Баку в том, что его правительство готово добросовестно в этом участвовать.

Однако признаки оптимизма имеются и на азербайджанской стороне. Собеседники Кризисной группы в Баку настаивают, что Азербайджан сохраняет перемирие в надежде на то, что прямая линия связи проложит путь к настоящим переговорам с новым руководством Армении. 5 декабря министры иностранных дел Армении и Азербайджана провели третью встречу после апрельской революции в Армении. За этим могут последовать переговоры между лидерами.

Высокопоставленные официальные лица в Армении заявили Кризисной группе, что, к примеру, было бы полезно установить связи между гуманитарными организациями с обеих сторон. Представители Азербайджана высказали аналогичные идеи.

Обе стороны уже предприняли шаги в данном направлении, используя военный канал связи для обсуждения возможного освобождения жителя Армении, задержанного азербайджанскими властями на северо-восточном участке государственной границы еще летом. 5 декабря фактические власти Нагорного Карабаха заявили, что готовы рассмотреть вопрос об освобождении азербайджанского солдата, задержанного Степанакертом в начала 2017 года.

Новое правительство в Армении могло бы также по-новому взглянуть на конфликт. По словам одного из только что избранных армянских парламентариев от партии Пашиняна, «Мы можем изменить наш подход. Вместо того чтобы обсуждать только политические требования, мы могли бы начать уделять больше внимания людям и их потребностям».

Высокопоставленный армянский дипломат также рассказал Кризисной группе о надеждах на то, что такой «ориентированный на людей подход» будет доминировать в переговорном процессе. Возможности для обсуждения уступок могут возникнуть, но «важно признать, что Нагорный Карабах — это люди, а не только конфликт».

Мысли и позиции, опубликованные на сайте, являются собственностью авторов, и могут не совпадать с точкой зрения редакции BlogNews.am.