Константин Эрнст и Софья Заика

 

Константин Эрнст и Софья Заика. Главный победитель сочинской Олимпиа­ды и в личной жизни совершил решительный марш-бросок, выведя из резерва на передовую питерскую красавицу, оcваивающую московскую актерскую школу в МХТ. На церемонии GQ «Человек года» руководитель Первого канала прямо со сцены поблагодарил «Соньку» за ее нежное и дружеское участие в его сложной жизни на стыке идеологии и масс-культуры.

Владимир Познер. Телеведущий, отметивший восьми­десятилетие, не делает вид, что сохраняет отличную форму, а и в самом деле сохраняет ее, проводя утренние трехсетовые поединки на лучших кортах мира. У Владимира Владимировича весьма жесткие требования к организаторам мероприятий: он готов прийти лишь в том случае, если его обеспечат достойным собеседником.

Александр и Валерия Роднянские. Одна из самых обаятельных пар отечественного кинобизнеса, с трудом, по адским пробкам выбирающаяся из Горок-10 в Москву, подняла на новую высоту фестиваль «Кинотавр». Но теперь забралась еще выше: фильм «Левиафан» Андрея Звягинцева, спродюсированный Александром при участии Марианны Сардаровой, выдвинут на «Оскара» — а это заявка на другие берега.

Александр Винокуров и Наталья Синдеева. Уходящий год стал весьма промозглым для оптимистичных владельцев «Дождя»: он смыл многие их надежды, грозой с градом пронесясь над семейным банковским счетом. Однако это не помешало Александ­ру по-человечески реагировать на чужие напасти. Он клятвенно обещал прийти на митинг в защиту Tatler от тех, кто не может позволить себе батлера и плед Hermes, если в таком собрании вдруг возникнет необходимость. Пока ее, слава богу, нет.

Андрей Малахов. Смущенье скрасить шуткой, обнять, обнадежить, поддержать — вот главные стрелы в гламурном колчане самого обожаемого домохозяйками телеведущего. Его пяти­минутное появление в любом салоне приравнивается к действию небольшой нейтронной бомбы. И пусть говорят, что это впечатление поверхностное, — побольше бы таких поверхностных впечатлений.

Карина Добротворская. Вице-президент Conde Nast International произвела мощный залп из нестандартного для руководителя столь высокого ранга оружия: выпустила в свет — в прямом и переносном смысле слова — книгу глубоко личных воспоминаний «100 писем к Сереже». За тем невероятным переполохом, который поднялся в московском и питерском бомонде, Карина следила из парижского далека, отыскав в своем плотном графике лишь два окошка для встречи с российскими читателями.

Леонид Парфенов. Окончательно смирившись с тем, что высказаться по существенным поводам ему уже не дадут, журналист-эпоха перешел к гастрономическим иносказаниям: мужественно поддерживает словом и делом кулинарные инициативы супруги — ­Елены Чекаловой. А она замахнулась ни много ни мало на собственный ресторан — и это в самый разгар санкций. Уверены, что ее хлеб станет отличным зрелищем.

Николай Усков. Имеющий устойчивый имидж интеллектуала, руководитель проекта «Сноб» все реже навещает вечеринки рекламодателей и все чаще появляется в эфирах умных программ. Там ему приходится несладко: в одиночку Николай должен отдуваться за весь российский глянец, оправдываясь за его несуществующие прегрешения.

Эльвира Набиуллина. Выведать у очаровательного председателя Центробанка инсайдерскую информацию о будущем рубля (и без того, впрочем, очевидном), желали бы во многих салонах. Но увы: Эльвира Сахипзадовна работает двадцать часов в сутки. Оставшиеся четыре часа готова посвятить рахманиновским «Колоколам» в исполнении оркестра Большого театра и концертам «Звезды белых ночей» (они помогают работе по предотвращению «черных вторников»), а не пустопорожнему трепу за подсохшей тарталеткой.

Наталья Тимакова и Александр Будберг. Страшно даже представить, каких усилий стоит пресс-секретарю премьер-министра РФ выкраивать в перегруженном расписании пресс-конференций и пресс-релизов пару часов для бросков в Большой театр. Зато у Александра времени больше, и он тратит его не абы на что, а на попытки спасти от посягательств пуристов лучший спектакль московского репертуара — блистательный балет «Дон Кихот». В чем мы с удовольствием помогли бы Александру, будь у нас надлежащие полномочия.

Владимир Мединский. Министр, в котором либеральная общественность видит исчадие ада, любим действующими руководителями предприятий культуры. Явление Мединского народу немедленно повышает статус мероприятия, отбивая все материальные и эмоцио­нальные затраты. Люди опытные знают, что есть у чиновника одна простительная слабость — он любит выкурить сигару на терраске с панорамным видом на какой-нибудь ночной город, и умеют вовремя предложить эту очаровательную опцию.

  

Роман Абрамович и Даша Жукова. Начав год с убойного диеза — гала-приема в Сколково, на который были вывезены едва ли не все солисты балета Большого, Роман Аркадьевич не снижал час­тоту вращений в течение всего сезона. Говорят, что именно благодаря его щедрости и дару убеждения главному театру страны удалось заключить гостевой контракт с беглой балериной Натальей Осиповой. Тем временем Даша Жукова продолжает доказывать миру, что Россия любит современное искусство и нуждается в нем: в ее «Гараж» по-прежнему заезжают отличные образцы.

Андрей Костин. Руководитель одного из крупнейших банков страны и в свет выходит мощными мазками — то на гала-концерт в честь Джона Ноймайера в Михайловском, то на новогодний прием в Кремле. Осторожный в нарядах (исключение — пятница, когда банкирам разрешено являться в джинсах и без галстука), он рискует столкнуться с проблемой: с приобретением «ВТБ‑Капиталом» акций Roberto Cavalli (переговоры еще не завершены) в его гар­дероб может тайком прыгнуть леопардовый принт.

Александр Мамут. Покровитель хипстеров, пригревший у себя в «Стрелке» лучший бургер в городе, устроил неравнодушной к хорошей музыке Москве настоящий пир духа, пригласив на закрытие летнего сезона Земфиру. Отлично работает и другое детище мецената — «Brasserie Мост», предназначенное для совсем другой аудитории.

Полина Дерипаска и Дмитрий Разумов. Если представить себе, что Бал дебютанток завершает не полонез, а вальс самой роман­тичной танцевальной пары страны, без Полины и Дмитрия вряд ли бы обошлось. Метафорические репетиции этого вальса в исполнении обаятельной издательницы и гендиректора группы «Онэксим» мы наб­людали и во время Санкт-Петербургского экономического форума, и на стадионе «Бруклин Нетс», и на ужине в честь Дианы Вишневой в отеле «Метрополь» – этом безмолвном свидетеле многих захватываю­щих дух ­историй.

Михаил Фридман. Один из богатейших людей России обогатил сокровищницу мировой музыкальной культуры, и без того ломящуюся от даров библейского племени. В продюсерском центре студии Игоря Сандлера он спел часть гимна Halleluja Леонардо Коэна: это была его первая проба голоса. Композиция в исполнении еврейской элиты, возможно, войдет в Книгу Гиннесса как самая длинная песня в истории человечества. Встретить Фридмана без микрофона почти невозможно: изучение Торы, видимо, занимает все его помыслы, очистив­шиеся от бухучета.

Михаил Прохоров. Еще не вполне разоренный своими издательскими проектами олигарх торжественно вернулся в когда-то так сильно обидевший его Куршевель. Гости Михаила Дмитриевича настолько искренне желали ему удачи, что с Французских Альп он скатился прямиком к покупке «Уралкалия». Неплохое портфолио!

Арас и Эмин Агаларовы. Одиннадцатого декабря самые завидные невесты страны будут полдня вертеться у зеркала: все ли хорошо с платьем, приняла ли нужную форму упрямая прядь. В «Крокус Сити Холле» — концерт нестерпимо симпатичного вице-президента Crocus City Group. Девушки могут и не знать, что их кумир связан не цепями, а прямо-таки кандалами династического брака и что, помимо того, что он улыбается и отлично поет, Эмин еще и удачливейший менеджер, неустанными заботами которого живут «Крокус», «Вегас», рестораны Nobu, Zafferano, Shore House и Rose Bar. И что свободное якобы время он проводит в работе над девелопментом Sea Breeze Resort в знойном Азербайджане. Короче, мало надежд, но как они сладки.

Эмин и Арас Агаларовы 

 

 

Ольга Слуцкер. Рождение близняшек, материнские хлопоты в новом доме на Рублевке — Господь озаботился тем, чтобы компенсировать Ольге те мучения, через которые она прошла в последние годы. Детские комнаты заполнил смех, будет кому играть на детской площадке, а значит, выезжает в свет Ольга теперь нечасто. Да и заботы о собственной клинике «Наследники» не позволяют ей сделать ни одного лишнего шага. Зато домашние посиделки у кума Федора Бондарчука куме надоесть просто не могут: они уже часть ее ДНК.

Аркадий Новиков. Московский свет не устает поражаться тому и в самом деле удивительному факту, что главный московский ресторатор, вместо того чтобы почивать на лаврах в Мэйфэйре, не только совершает ежедневный объезд подведомственных ему заведений, но случается и на чужих праздниках жизни, как правило, все же с гастрономическим уклоном.

Дарья Лисиченко. Единственная девушка, которая может надеть балетки с платьем Valentino в пол и все равно быть во всех смыслах на голову выше всех. Даша — идеальная дисциплинированная гостья (организаторы ежесезонного Fashion Show в ЦУМе и модных коктейлей в Podium Market с копией чека в руке подтвердят это) и гостеприимная хозяйка — спросите любого, кому посчастливилось попасть на совместную с Tatler вечеринку на юрмальском пляже Legend Beach. Под занавес года ждем традиционный «оранжевый» праздник румяной красавицы, которой еще и очень повезло с любящим мужем.

Илья Лихтенфельд. Трендсеттер года по версии GQ не устает сыпать инфоповодами. Бах! Закрывается всенародно любимый Gipsy. Та-дам! Открывается развеселый Lol. Желаете десерт? Пожалуйста: выход и стремительное расставание с Мариной Прие­мовой, которой мы пока не устали припоминать титул «Мисс Одесса 2011» и откровенный наряд Ulyana Sergeenko Сouture. Остается только пожелать, чтобы рука щедрейшего Лихтенфельда не оскудела, а закономерный переход из околохипстерского предпринимателя в олигарха-лайт произошел без потери вкуса к жизни, врожденной интеллигентности и ЧЮ.

Илья Лихтенфельд 

 

 

Ирина Хакамада. Бывший политик и депутат, владелица очень скромного домика в СНТ «Хуторок» на 31-м км Рублево-Успенского шоссе осваивает с лекциями об успехе российскую провинцию и оттого в Москве бывает нечасто. А вот неизбежную повинность по посещению Бала цветов на вилле Эфрусси-де-Ротшильд в Сен-Жак-Кап-Ферра Ирина Мицуовна отбыла в этом году со стойкостью настоящего самурая.

Ян Яновский. Хорошего человека должно быть много — после того как финансист взял эту нехит­рую заповедь на вооружение, у наб­лю­дателей создается ощущение, что он перемещается по миру со скоростью ра­кеты. С благотворительного ужина Натальи Водяновой в Монако — на бал в Венскую оперу, с фуршета по случаю закрытия Давосского форума — в гостеприимный дом Миранды Мирианашвили, и так без устали.

Никита Михалков. Настоящий удар едва не случился с гостями премьеры киноленты «Солнечный удар» по И. А. Бунину: никто не предполагал, что из трогательной истории любви Никита Сергеевич разожжет странноватый костер-памфлет против русского либерализма аж на три часа. Тем не менее к Михалкову явились все, кто был в тот промозглый вечер в городе. Сам же режиссер не ходит почти ни к кому, делая трогательное исклю­чение для друзей своего никологорского детства, которые, впрочем, все чаще уезжают за границу: там полегче с либерализмом.

Марина Лошак.  Обреченная еще некоторое время находиться в тени своей великой предшествен­ницы, новый директор ГМИИ им. А. С. Пушкина постепенно осваивает вве­ренную ей территорию. Здания музея с его нево­образимыми возможностями — такой сладостный магнит для всех, кто когда-нибудь намерен сделать хоть какой-нибудь ивент, что Марину приглашают, что называется, «по списку протокола»: это важное знакомство. В этом году ей предстоит стать полноправной хозяйкой «Декабрьских вечеров» – тут-то и раскро­ется ее талант хозяйки.

Сати Спивакова. Юбилейный для мужа, дирижера Владимира Спивакова, год (ему исполнилось семьдесят) Сати провела в его приятной теплой тени, занимаясь преимущественно организацией торжеств и выпуском книги Соломона Волкова «Диалоги с Владимиром Спиваковым». Ремонт в парижской квартире и другие бытовые заботы, обычные для людей с повышенным содержанием недвижимости, не помешали телеведущей принять участие в спектакле «Нежность» — еще бы, ведь за долгие годы жизни с маэст­ро Сати узнала об этом щемящем чувстве решительно все.

Федор и Светлана Бондарчук. Самый маскулинный актер российского кино во второй раз стал дедушкой, и теперь к бесконечному расширению отцовского участка в Раздорах и заботам о сохранности имущества ДПК «Новь», председателем правления которого он является, добавились не менее приятные хлопоты. В инстаграме неотразимой бабушки, Светланы Бондарчук, встречаются самые разные жанры, кроме фотографий с супругом. Очевидно, чтобы не сглазили.

Василий Бархатов. Существует такой тип юной мужской красоты, которая никогда не стареет. Василий уже не мальчик, ему тридцать один, но и у зрителей, и у критиков он проходит как «молодой режиссер». Главные успехи театрального новатора связаны с Санкт-Петербургом, и оттого в столице его считают петербуржцем, хотя Василий вырос в Москве и сохраняет именно столичное обаяние, широту круго­зора и умение удачно пошутить. Сейчас режиссер принимает соболезнования по поводу кончины его блистательной «Летучей мыши» в Большом — этой оды невыносимой легкости бытия, сотканной из шуток и пузырьков шампанского: новая дирекция отнеслась к оперетте с удручающей серьезностью.

Рената Литвинова. Актриса, много лет несущая бремя иконы стиля, просто вынуждена делить себя между сценой, кино и проектами, скажем так, на стыке искусства и денег. Louis Vuitton, Carrera y Carrera, Rado — кто только не покусился на светлый образ Ренаты Муратовны с целью увеличения объе­мов продаж! При всем богатстве выбора другой такой талантливой многостаночницы на Руси нет.

Кирилл Серебренников. В столичной артистической тусовке Кирилл, сам того не желая, занял место вышедшего наконец на пенсию Романа Виктю­ка: именно он теперь символ современного нестандартного режиссера. Кирилла видели бы и чаще, если бы не многотрудные заботы о поддержании в надлежащем виде семи спектаклей в «Гоголь-центре» и множества других работ, разбросанных по московским сценическим площадкам.

Ингеборга Дапкунайте. Участие актрисы в спектакле «Жанна» на Малой сцене Театра наций обеспечило ему настолько хорошую кассу, что на улицу билетных спекулянтов нежданно-негаданно пришел праздник: московский зритель прямо истосковался по легкому прибалтийскому акценту. Ингеборга на вечеринке — это такой заряд доброжелательности и открытости, который не может бить слишком часто, а потому нам ее не хватает далеко не только в спектаклях.

Павел Каплевич. Для театрального художника год прошел под знаком «Щелкунчика» — не в том смысле, что он стал распространителем билетов на этот самый валютный спектакль Большого театра, а в том лишь, что он принимает участие в амби­циозном проекте по переделке шедевра Пет­ра Ильича из балета в оперу. Душа любой компании, Павел обязан трудиться на все сто, по крайней мере пока часы не пробьют Новый год.

Марианна Сардарова. Совладелица галереи RuArts не по-детски отпраздновала день рождения в Российском академическом молодежном театре, пригласив в Москву Робби Уильямса. У сладкоголосого брюнета оказалось столько поклонников (а у Марианны столько друзей), что часть из них предпочла закрытый концерт ужину Dolce&Gabbana в Петровском путевом дворце. Актриса Моника Беллуччи и танцовщик Роберто Болле были весьма раздосадованы этим обстоятельством.

Денис Мацуев и Екатерина Шипулина. Пользователи Facebook с нескрываемым ужасом следят за постами любимой балерины: чаще всего они представляют собой фотографии обильных застолий. Однако школа Большого настолько сильна, что к открытию сезона Екатерина вернулась из вполне гастрономического отпуска в прекрасной форме. Что касается Дениса, то музыкант справедливо полагает, что, хоть он и любит футбол, может позволить себе лишнюю порцию фуа-гра. Иначе откуда возьмутся силы для Концерта для фортепиано с оркестром № 1 Д. Д. Шостаковича — этой визитной карточки «силового» музыканта?..

Сергей Шнуров. Певец, мгновенно откликающийся талантливейшими песнями на важнейшие перипетии общественной жизни, сумел обаять и заставил танцевать самую сложную публику в России — концертный зал в «Барвихе Luxury Village». А ведь именно аудитория этой площадки, собственно, и стоит за сложными перипетиями. Сейчас, с запретом нецензурных выражений на сцене, Сергею предстоит доказать, что и без крепкого словца он – лучший.

Ульяна Лопаткина. Прима-балерина Мариинского теат­ра, ставшая символом служения высокому искусству вообще, на летних гастролях в Лондоне, по свидетельству британской прессы, «наконец растолковала публике, про что поставлены классические балеты». Танец Лопаткиной настолько совершенен, что неподготовленных зрителей берет оторопь. Общественная жизнь балерины безупречна, как и ее арабески: она охотно откликается на близкие ей по духу приглашения — от благотворительной елки в отеле «Кемпински, Мойка, 22» до выставок одной картины (есть и такой питерский жанр) в «К-галерее» Кристины Березовской.

Антон Беляев. Пара строчек Wicked Game — и в обладателя проникновенного, с хрипотцой, баритона из Магадана влюбляются не только четверо судей «Голоса», но и целая страна. До финала Беляев не дошел, но из всех выпускников шоу именно ему сказали «Я выбираю тебя» светские центровые. Вот Беляев дает интервью русскому Vogue, вот поздравляет в Сочи именинника Константина Эрнста, вот поет на вечеринке Vertu в Sixty. «Мама думает, что я в Москве танцую», ­— как-то застенчиво признался Антон. Какие уж тут танцы!

Дэвид Холберг. Искренняя белозубая улыбка уроженца Рапид-Сити (штат Южная Да­кота), понятная настороженность, с которой приняли — а точнее, не приняли заезжую знаменитость в друзья брутальные солисты Большого театра, и некоторая, как бы тут точнее выразиться, жантильность лучшего в мире принца Дезире — комплекс этих обстоятельств сыграл с Дэвидом злую шутку. На танц­полах столичных ночных клубов его видят теперь чаще, чем на тоскующей по нему Исторической сцене: травмы, травмы, травмы...

Андрей Фомин. Самый незлобивый промоутер Москвы получил столько предложений о работе от русских, проживающих на Лазурном Берегу, что, если в России перестанут отмечать дни рождения, играть свадьбы и звать родственников на бармицвы, без работы он не останется. Несмотря на продовольственные санкции, этот стойкий оловянный солдатик выпустил сборник  «100 лучших ресторанов Москвы», в большинстве из которых его ждут не дождутся.

Андрей Фомин 

 

 

Анна Чиповская. Звезда нашумевшего сериала «Оттепель» — двуликий Янус. Гламурное лицо: она и кутюрный шлейф Bohemique картинно плывут по красной дорожке ММКФ. Хипстерское: на крыше Дома на набережной, где устроил вечеринку режиссер Гейб Польски, хулиганка Чиповская и ее бессменный спутник Даниил Сергеев закурили на камеру первыми. Мы даже теряемся, какое из амплуа многоликой красавицы нам нравится больше: все так вкусненько!

Данила Козловский. Лауреат премии GQ «Человек года»-2013, самый сексуальный актер страны распространил ферромоны далеко за пределы и своей малой, и своей большой родины, снявшись в рекламе аромата Chanel с Кирой Найтли. Это еще больше повысило его светский рейтинг, и сейчас за Данилу дерутся так, как в советские годы дрались бы за Игоря Костолевского.

Равшана Куркова. В гости к любимым дизайнерам Bohemique в Podi­um Concept Store​ или к передовому глянцу – на церемонию Glamour «Женщина года» за титулом «Пара года» вместе с женихом Ильей Бачуриным — разборчивая Равшана заглянет, к гадалке не ходи. А на остальных времени у нее не остается. Оно и понятно: пока Москва тонула в омуте карих глаз, оборотистые итальянцы смотрели ниже пояса  — ноги Курковой теперь представляют изделия Calzedonia в России, а значит, пора спешить в Верону, в первый ряд грандиозного Ледового шоу. Российские поклонники актрисы не теряют надежды: список новых фильмов обещает как ми­нимум два появления их любимицы в неверном свете премьерных софитов.

Айдан Салахова. Высылая приглашение Айдан, организаторы убивают сразу двух зайцев: красавица никогда не позволяет себе выходить без красавцев с телом из каррарского мрамора в комплекте, а значит, на вечерин­ке неизбежно распространятся приятно-мучительные флюиды эротизма. В Москве это редкость похлеще горгонзолы из Ломбардии. Да и пого­ворить Айдан умеет.

Михаил Друян. Обаятельный балагур в противоречивом прикиде — автор доброй половины всех значимых светских событий столицы. Человек-контроль: доставку гортензий и хрусталя вплоть до последнего бокала Baccarat контролирует лично. Гостей зовет тоже лично, причем каждый раз на том конце айфона звучит такая бодрая трель позитива, что в финале вы уже не сомневаетесь: планируется нечто грандиозное. Впрочем, самые ловкие приемы убеждения кудрявая голова приберегает для иных случаев – когда расставляет силки на потенциальных клиентов. Не сомневайтесь: это будет предложение, с которым недешево согласиться, но и отказаться — невозможно.

Иван Васильев и Мария Виноградова. Instagram главного Спартака за всю историю этого балета напоминает сочи­нение на тему «Бог. Как я полюбил». Зай­чики, сердечки, шоколадки и прочие признания в любви к юной Фригии – солистке Большого театра Марии Виноградовой — не оставляют сомнения в диагнозе: вождь восставших рабов пребывает в натуральной любовной горячке. В свете молодых видят нечасто: им едва хватает времени друг на друга, зато Иван — любимый клиент «Джельсомино» и других караоке-баров. Недаром Большой — театр не только балета, но и оперы.

Владимир Кехман. Так сильно напугавший в свое время петербургских театралов генеральный директор Михайловского театра оказался искренним и истовым поклонником музыкального искусства. В рамках совершенствования своего культурного багажа он даже посетил летнее представление балета «Спартак» в Большом театре, заняв место рядом с гендиректором Большого Владимиром Уриным в ложе Д. «Вам это место к лицу», —польстили Кехману в кулисах. «Никому не говорите!» — был ответ.

Константин и Елена Ремчуковы. Москва (и женская часть редакции Tatler в особенности) с сожалением констатируют отсутствие в городе Ремчукова-младшего: по делам необычайной важности он отбыл в приграничные районы Швейцарской Конфедерации. Так что Константину, Елене и Варе приходится отдуваться и за него тоже, а значит — буквально ни минуты покоя, ни секунды.

Антон Златопольский и Дарья Спиридонова. Любовь, похожая на сон и стон (сладостный), связала большого телебосса и ведущую «Белой студии»: Дарья решительно отказывается выходить в свет без Антона. А поскольку муж занят делами едва ли не федерального значения, ходят супруги только на профильные мероприятия: премьера фильма «Легенда 17» (Антон был сопродюсером), госпремия РФ в области искусства в Кремле или ММКФ. Одна телеведущая бывает только на Балу Tatler.

Сергей Капков и Софья Гудкова. Руководитель департамента культуры г. Москвы стал много улыбаться: и оттого, даже не похудев, помолодел и телом, и душой. На юбилее Владимира Спивакова в Доме Пашкова Сергей и Софья и вовсе позволили себе танцы, танцы, танцы... Очевидно, в компании директора Центра документального кино министр чувствует себя раскрепощеннее, чем в цепких объя­тиях либеральной телеведущей и журналистки.

Сергей Капков и Софья Гудкова 

 

 

Анатолий Чубайс и Авдотья Смирнова. Строительство под руководством знаменитого архитектора Юрия Скуратова резиденции в Переделкине отнимает у счастливых супругов много сил, но не настолько, чтобы оторвать Авдотью от благородных дел. Сценаристка и телеведущая втянулась в работу по сбору средств в пользу фонда «Выход» для детей-аутистов, и только благодаря этой ее деятельности мы изредка имеем счастье видеть ее в столичном свете.

Ксения Собчак и Максим Виторган. Союз двух много работающих людей не мог не изменить их гастрольный график. Чтобы проводить больше времени с мужем, Ксения по максимуму ужала летние каникулы на яхтах друзей, предпочтя им тихие московские уик-энды семейного типа. Соб чак — редкий пример человека с яркой политической позицией, которого рады видеть у себя как союзники по либеральному стану, так и их оппоненты.

Алексанр Лебедев и Елена Перминова. Бизнесмен, которому аборигены Юрмалы приписывают «роллс-ройс» с блатны­ми номерами, в этом году принимал особо трогательное участие в жизни спутницы, модели Елены Перминовой: она стала мамой в третий раз, на сей раз — дочки. Эффектное ню на обложке Vogue Beauty показало городу и миру, что Елена не собирается сдавать телесные бастионы: какой бы питательной ни была кухня в поместье Лебедевых в Умб­рии, Перминова всегда в отличной форме.

Надежда Михалкова и Резо Гигинеишвили. Для людей творческих Надя и Резо играют на светской арене с завидной прагматичностью. В их списке только тщательно выверенные марш-броски: премьера «Солнечного удара», показ «Нимфоманки» в «Гоголь-центре» и премия GQ «Человек года». Пышным раутам супруги предпочитают домашние праздники вроде посиделок в резиденции Эллы Стюарт (BBDO). Зря Надю и Резо ждут на модных шоу и ювелирных коктейлях: «Как тут успеть: съемки второй части «Любви с акцентом» в самом разгаре! И потом, у нас же дети», — почти не лукавит кинопара в ответ на умоляющее rsvp.

Алиса Хазанова и Дмитрий Шохин. Дочь знаменитого юмориста на сей раз, кажется, влюблена не на шутку. Юрист Дмитрий Шохин, классический русский интеллигент в очках, сумел прорвать линию обороны много страдавшего сердца. В результате этой поистине болдинской осени актриса предстала в клубе Chateau de Fantomas в самом настоящем «Сиянии», спектак­ле на музыку Егора Летова в аранжировке Игоря Вдовина. Так обо­рона сердца сменилась «Гражданской обороной».

Илья Стюарт и Светлана Устинова. Уверенно взявшись за руки в конце прошлого года, продюсер и актриса так везде и ходят будто приклеенные. Вот лишь непол­ный список мероприятий, на которых блеснул блондинистый дуэт: премьера «Человека ноября» в Барвихе, десертная вечеринка в ресторане Double Dutch и ужин часовой мануфактуры IWC в Лон­доне. В общем, московские невесты открыли молескины, чтобы поставить на Стюарте жирный крест.

Виктория Крутая и Давид Беркович. Молодожены украшают любую вечеринку — от них так и летят искры позитива. Певица Виктория и ресторатор Давид сыграли свадьбу летом в Монте-Карло, в Spor­ting dEte, и с началом осенне-светского сезона жадная до положительных эмоций Москва предсказуемо упала к их ногам.

Наталья Водянова. Никто не удивился, когда спустя всего две недели после родов топ-модель появилась на публике в идеаль­ной балетной форме. В Моск­ву Наталья заезжает исключительно по делам добросердечным — собирать средства для фонда «Обнаженные сердца». Чаще ее можно застать в Париже, фактически ставшем ПМЖ для красавицы из Нижнего Новгорода: жизнь с Антуаном Арно обязывает.

Алла Вербер. Вице-президент и главный байер компании Mercury отлично освоилась в роли бабушки: в 15-й ложе бельэтажа на утренней «Спящей красавице» с внучкой она чувствует себя как дома. А дома у Аллы Константиновны очень неплохо. Так, как умеют принимать гостей в легендарной квартире на Тверском, с водкой и борщом, умеют мало где и вряд ли научатся.

Мирослава Дума. Иконе стиля, превратившей увлечение в профессию, в уходящем году ­доставались не только лавры, но и тернии. Ее обвинили в страшнейшем из грехов — подражании Западу и космополи­тизме в ущерб любви к отечественным швам. ­Глупые инсинуации никоим образом не отразились на желании организаторов самых важных ивентов мира видеть Миру у себя в гостях. Надеемся, что и Дума не слишком нервничала — ведь в ее интересном положении это было бы небезопасно.

Ульяна Сергеенко. Список заслуг самого русского из всех русских дизайнеров настолько велик, что не знаешь, с чего начать. Главное все же — восстановление семьи: появление Ульяны под руку с Даниилом Хачатуровым в Сен-Тропе было со вздохом облегчения воспринято всеми, кто жить не может без ее каракулевых шуб. Но настоящий фурор она произвела на Капри, появившись на показе Dolce&Gabbana Alta Moda в... ну да, практически в трусах. «Есть женщины в русских селеньях!» — вскричали итальянцы, совершенно обезумевшие от открывшегося им зрелища.

Ульяна Сергеенко

 

  

Валентин Юдашкин. Наконец освободившись от изнуряющей душу и кошелек борьбы с короедом-типографом на даче в Баковке, модельер смог полностью сконцентрироваться на пошиве свадебного платья для дочки Гали, вышедшей замуж за отпрыска известной столичной династии Максаковых, и выпуске изделий из янтаря — материала суперпатриотичного. Сам же дизайнер сделан из драгоценного человеческого материала, а это в наше время главный дефицит.

Валентин Юдашкин 

 

 

Полина Киценко. Всего на месяц выпала из московской круговерти совладелица бутиков Podium: в мюнхенской клинике появилась на свет дочка Тоня — еще одно спортивное достижение Полины. Триатлонистка, убежденная сторонница здорового образа жизни с неохотой выбирается с рублевского аутдора в душные столичные индоры. Страшно подумать, что будет сейчас, когда Полина удвоила материнские заботы.

Оксана Лаврентьева. На юбилейный концерт президента Дома музыки глава «Русмоды» пришла в столь откровенном мини, что всем стало ясно: в жизнь Оксаны вернулось нескучное одиночество. А вместе с ним – возможность откликаться на приглашения без оглядки на суровые взгляды супруга. Несмотря на значительную офисную занятость, Оксану часто видят в Лондоне, на озере Комо и в Париже: впрочем, их давно уже пора включать в территорию ЦАО г. Москвы.

Вика Газинская. Приглашая Вику, вы не можете быть уверены в том, что она потом не даст интервью каналу «Москва 24» или не сделает еще какого-нибудь рискованного, но искреннего шага. В столичном свете, этом бале-маскараде придуманных репутаций, Вика — редкий пример человека, который говорит что думает, иногда — с ущербом для себя. И ее можно уважать уже за одно это.

Яна Расковалова. Некоторые полагают, что един­ственная движущая сила светских выходов русской Клаудии Шиффер — ее желание продемонстрировать на себе весь спектр возможностей ювелирного Дома Yana. Но ­даже если и так, возможности эти настолько блестящи, что такое отношение к светскому делу можно только приветствовать.

Наталья Гольденберг. Как честные наблюдатели, оценку Наталье за светское поведение мы можем выставить только по итогам первого полугодия. И она высока: в каких бы умопомрачительных нарядах ни появлялась Наталья, улыбка ее еще умопомрачительнее. Во вто- ром полугодии подруга ресторатора Александра Оганезова предъявила справку об освобождении от светской физкультуры по уважительной причине — переезд в Лос-Анджелес с целью рождения второго ребенка. Ждем обратно уже в новом составе!

Снежана Георгиева. Возмутительно стройная совладелица Chateau de Fantomas знает: лучший аксессуар на вечеринке не клатч, а эффектный мужчина. Таких у Cнежаны в этом году было сразу двое: давнего друга и парт­нера Ованеса Погосяна на вечеринках в «Цветном», «Фантомасе» и FNO подменял редактор моды GQ Вадим Галаганов. А вот гл

Мысли и позиции, опубликованные на сайте, являются собственностью авторов, и могут не совпадать с точкой зрения редакции BlogNews.am.